—Адоранна! Я говорю о Дафне, графине, моей жене!

—Ах да, конечно, графине. Извини, милый, но мы сейчас не принимаем графинь. Сам понимаешь, мы слишком заняты, пересчитывая наши жемчуга. — Она наклонилась над Боровом. — Извини, но мне надо немного прибраться.

—Разрешите мне помочь вам, — с готовностью предложил Лафайет.

—Да брось ты. Сама управлюсь.

—Но с ним все в порядке? — Лафайет перегнулся через стойку, пытаясь разглядеть неподвижное тело.

—С Боровом? Смеешься, что ли? Его череп подковой не прошибить, даже когда подкова на ноге у лошади.

Она схватила Борова за ноги и поволокла, пятясь, на кухню.

—Адоранна, подождите, выслушайте меня! — вскричал Лафайет, перепрыгивая через стойку.

—Слушай, сколько раз можно повторять, что меня зовут Свайнхильдой. Одер и Анна здесь ни при чем.

—Но… неужели вы не помните?

—Честное слово, первый раз в жизни тебя вижу. А теперь, если ты кончил трепаться, выметайся отсюда: наша харчевня закрывается.

—Так рано?

Свайнхильда приподняла бровь.

—У тебя есть другие предложения?

—Мне надо поговорить с вами, — сказал Лафайет с отчаянием в голосе.

—Не бесплатно, — отрезала Свайнхильда.

—С-сколько?

—По часам или на всю ночь?

—Уделите мне несколько минут, и я все объясню! — радостно воскликнул Лафайет. — Начнем с того…

—Подожди-ка минутку. — Она отпустила ноги Борова, и они со стуком упали на пол. — Сначала переоденусь и приведу себя в порядок.

—Вы прекрасно выглядите, — торопливо сказал Лафайет. — Так вот…

—Не хочешь ли ты обучать меня моему ремеслу, чужеземец?

—Да… то есть… Никакой я не чужеземец! Мы знаем друг друга много лет! Неужели вы забыли нашу первую встречу на балу короля Горубля, когда я согласился убить дракона? На вас было голубое платье с жемчужным ожерельем, а на поводке вы держали тигренка…

—А-а… бедный ты мой, бедный, — сочувственно сказала Свайнхильда. — У тебя шарики за винтики заскочили, да? Что ж ты сразу не сказал? Послушай, ты действительно хотел со мной поговорить? И ничего больше?